Провокация преступлений с целью их раскрытия

Провокация преступлений с целью их раскрытия.

По той же самой причине умственной неполноценности и трусости спецслужбы не решаются подойти к реальным не зависящим от спецслужб организациям, преступным для их страны. Ведь в чем в этом деле заключается должность спецслужбы? Ей поначалу необходимо внедриться в преступную компанию, т. е. отыскать в ней агента, который бы посодействовал арестовать других ее членов с поличным. А это фанатики, при этом, как мы лицезрели в делах Азефа либо Рабина, чрезвычайно не глуповатые - такие, которые просто могут применять для собственных целей саму спецслужбу. Чтоб посреди таковых людей, готовых на погибель за свое дело, распропагандировать агента, нужен разум, а где его работник спецслужбы купит? Да ведь бывает, что и доводов для контрпропаганды объективно не существует. Ну что, представим, сегодняшний работник ФСБ должен говорить агенту? Что, мол, тот должен рисковать собственной жизнью, чтоб захватившей власть в Российской Федерации камарилье было бы удобнее Россию грабить?
С иной стороны, сама преступная организация смотрит за чистотой собственных рядов и ей ничего не стоит вычислить не только лишь агента в собственных рядах, да и захватить самого работника спецслужбы, пытающегося с агентом связаться. Допросить и отрезать ему голову. А сегодняшним работникам спецслужб не героическая погибель нужна, а крупная пенсия. Конечно потому мы не слышали, чтоб хоть какая-нибудь спецслужба сегодняшних времен смогла бы ввести свою агентуру в всякую независимую террористическую компанию и таковым методом убрать ее. Это не времена НКВД.
По сиим причинам спецслужбы обязаны поступать чуток ли не стандартно - они сами делают преступные организации и позже или их «раскрывают», или время от времени провоцируют их на какие-либо деяния. А позже или арестовывают рядовых участников, ничего не подозревающих и примкнувших к провокаторам, или стригут дивиденды, пугая общество этими действиями.
У нас в Российской Федерации примером именно такого подвига ФСБ является уже упомянутое дело Революционно-военного совета (РВС), которое в 2002 г. в конце концов дошло до суда аж через четыре года после того ареста участников. Так как это 1-ое в истории постсоветской Российской Федерации дело по разоблачению организации, поставившей для себя целью вооруженный захват власти, то оно обязано было бы привлечь внимание прессы. И крайняя готова была обрисовать подвиг ФСБ, но стеснительные герои невидимого фронта, опять-таки вопреки Конституции РФ, устроили над своими жертвами тайный трибунал. И, естественно, непопросту.
Лиц, вознамерившихся захватить вооруженным методом власть в Российской Федерации, оказалось целых 6 человек, которые вообще-то были членами легальной организации большевистского толка, выпускавшей свою газету и ведущей никаким законом не запрещенную пропаганду. После того настолько долгого ареста четыре из их «сознались», что взорвали монумент Николаю II в селе Тайнинском, заминировали монумент Петру I в Москве и газовую станцию, взрывы которых предотвратила наша доблестная ФСБ. В том, что эти четыре «сознались», ничего необычного нет, так как, как говорит теория, в бесконтрольную спецслужбу должны поступать подлецы, и подлость ФСБ непомерна. Так, например, арестовав чуток позднее четырех фактически молодых дам и обвинив их во взрыве мусорной урны у приемной ФСБ, они троих, не желавших «признаваться», перевели из изолятора ФСБ в изолятор к уголовницам и устроили там над ними издевательство, длившееся годами. Дам избивали, одна из их, Лариса Романова, посиживала с грудным ребенком, Татьяну Соколову, инвалида с юношества, нуждающуюся в бессолевой диете и неизменном приеме фармацевтических средств, лишили передач и фармацевтических средств, в итоге, утратив в весе наиболее 20 кг, эта хрупкая дама была уже на грани погибели, что, вообщем, не входило в планы служащих ФСБ - ведь ей было надо еще стать перед трибуналом. Бандиты относятся к дамам с большей жалостью, но то бандиты, а это работники спецслужбы, не бандитам с ними соревноваться в подлости.
Так что в том, что из 6 членов РВС четыре «сознались», нет ничего необычного. Вождя РВС И. Губкина, который очевидно не сознался бы и знал о ФСБ больше остальных, обвинили в убийстве аж во Владивостоке человека, которого, как доказало следствие, он не только лишь никогда не знал, но никогда не имел и общих знакомых. Потому на суде по «делу РВС» Губкин не находился. Единственный подсудимый, устоявший перед сотрудниками ФСБ, В. Белашев, погоды на суде не был в состоянии сделать ввиду 4 кающихся грешников. Казалось бы - чего же бояться? Проводите открытый трибунал, чего же вы прячетесь? И из зала суда поступили сведения, из которых стала понятна скромность ФСБ и прокуратуры.
Оказывается, «профессионалы» и «системные аналитики» ФСБ, добившись «признания» у четырех слабовольных, на радостях стащили в дело все, что по нему было собрано и ими, и милицией, чтоб дело было толстым и оправдывало зарплату за 4 года службы. В таком виде оно и попало в трибунал, т. е. для чтения подсудимым и адвокатам. А при рассмотрении подшитых в дело документов оказалось, что ни одно из существенных вещественных доказательств не подтверждает признания кающихся членов РВС, и они не способны разъяснить, почему.
Так, например, хотя кающиеся и признались, что это они взорвали монумент Николаю II, но следы около монумента, отпечатки пальцев и потожировые выделения на остатках взрывного устройства принадлежат иным людям. И очевидцы лицезрели остальных людей. Кающиеся подсудимые говорят, что оставили автомашину на автостоянке и отправь минировать монумент, а видеопленка контрольной камеры данной стоянки за это время их машинки не зафиксировала. И т. д. и т. п. И то же по всем иным случаям. Четыре члена РВС каются, что минировали монумент Петру I и газовую станцию, но отпечатки пальцев, потожиро-вые выделения на взрывных устройствах и следы на земле принадлежат не им. Они каются, что это их орудие найдено в тайнике, а отпечатки пальцев и потожировые выделения молвят, что орудие в тайник заложили совершенно остальные люди. И никого из этих загадочных «членов РВС», неизвестных даже кающимся «исполнителям», ФСБ не пробовала находить. Почему?
Ответ аж орет. Поэтому, что и монумент взорвала ФСБ, и минировала она, и орудие подбросила она - ее провокаторы, которых она скрыла, хотя по статье о соучастии они должны были посиживать на скамье подсудимых совместно либо заместо кающихся магдалин РВС. Другими словами ФСБ сама сделала грех, приписала его РВС и записала для себя в актив его раскрытие, хотя разума оформить его, как следует, не хватило. Вот и пришлось судить тайно, чтоб общество не лицезрело, как судья отказывает адвокатам в вызове очевидцев, как игнорирует их доводы о несоответствии улик версии следствия.
(Заметим, что пока ФСБ героически боролась с Соколовым и РВС, английский разведчик Томлисон приехал в Москву, съездил в Зеленоград на квартиру уже перебежавшего в Великобританию Симакова и изъял оттуда документацию по результатам запусков СССР баллистических ракет за 20 лет - добычу, которую ни МИ-6, ни ЦРУ не желали когда-то достать. Симаков, выезжая в Великобританию без помощи других, побоялся ее везти через таможню, а у «профессионалов» ФСБ не хватило разума обыскать квартиру перебежчика, хотя квартиру Соколова они обыскивали 17 раз! А в МИДе Российской Федерации в это время работали и сбегали, окончив труды, 10-ки шпионов, о которых ФСБ просто молчала. 18 октября 2000 г. сбежал 1-ый секретарь постпредства в ООН Третьяков, а 17 января 2001 г. прямо из Москвы с супругой и отпрыском сбежал Потапов, о котором МК пишет: «Никогда за всю историю Штаты не имели еще агента именно такого ранга….»)
Но фабриковать дело проще, и таковых случаев столько, что провокацию можно считать единственным легкодоступным умственному развитию и подлости спецслужб методом работы. Один из не так давно уволившихся работников ФСБ так охарактеризовал собственных бывших коллег:
«Отделы и подразделения размножаются как грибы после того дождика, при всем этом взаимодействие их приближается к нулю.
Естественно, все это сказывается и на уровне профессионализма. Сейчас в любом управлении можно по пальцам перечесть спецов, знающих, что такое реальная оперативная должность. Взамен этого идет вал топорных и откровенно бездарных «акций».
В одном из управлений стал притчей во языцех вариант, когда в недавние времена поиска террористов-взрывников некоторый отдел стал разрабатывать некоего столичного чеченца, который подозревался в симпатиях и помощи боевикам. Не было придумано ничего лучше, чем через подведенного агента попробовать спровоцировать чеченца на… подготовку теракта. Е м у даже посулили средства за него. В конце концов, тот «повелся». Было сделано настоящее (ведь позже его будет инспектировать экспертиза!) взрывное устройство, передано «террористу» - и тот с ним отправился в один из многолюдных универмагов, около которого его, по плану, должны были задержать. И тут, по дороге, его умудрились потерять…
Нужно ли говорить, в котором состоянии находились в следующие часы горе-«опера».
Москвичей о т погибели с п а с л а обычная случайность. Ч е - ченца задержал обыденный милицейский патруль, обыскал, нашел устройство и доставил «террориста» в милицию…
Пришлось, скрепя сердечко, отдавать «лавры» ментам…»
Вы скажете - стоит верить этому анониму? Как не верить, если это обычнейшая практика спецслужб?
Вот что докладывает, например, уже упомянутый нами фон Бюлов о первой диверсии во Глобальном торговом центре в Нью-Йорке в 1993 году, когда 6 человек было убито и сотки ранены.
«Во главе банды был создатель бомбы, прошлый египетский офицер. Он собрал несколько мусульман для теракта. Они были ввезены в страну при помощи Ц Р У невзирая на запрет Муниципального департамента на их заезд. В это время управляющий банды был информатором ФБР. И он пошел на сделку с властями: в последнюю минутку страшный взрывной материал был должен быть заменен на безопасный порошок, но Ф Б Р отменило собственный план, и бомба взорвалась, так огласить, с ведома Ф Б Р. Официальная версия для этого варианта была быстро найдена: правонарушителями оказались злостные мусульмане».
Вот для вас вариант, один к одному повторяющий подвиг ФСБ. Правда, с одним различием: египетский офицер не желал взрывать ВТЦ, он желал попугать американцев, но ФБР его обмануло, уверив, что в бомбе заместо взрывчатки безопасный порошок.
И все это старо как мир. 1903 год. А. Богданович записывает в дневнике:
«24 октября. Прошлый агент тайной милиции Феофанов говорил сейчас, что охрана у нас поставлена из рук вон хуже некуда. Руководящие лица охранного учреждения сами, чтоб выслужиться перед начальством, устраивают тайные типографии, чтоб их потом типа открыть и получить заслугу. Так поступили полковник Кременецкий, его ассистент Модль и Коттен».